Совет МПА СНГ

28 мая 2017 Владимир Шумейко: «25 лет – это только начало»

Председатель Совета МПА СНГ с 1994 г. по 1996 г. Владимир Шумейко в интервью для «Вестника МПА СНГ» рассказал об этапах становления Межпарламентской Ассамблеи.

Начиналось все с того, что в Вискулях (Беловежская Пуща) известные три главы государства подписали соглашение, зафиксировав роспуск Советского Союза, и там же провозгласили создание Содружества Независимых Государств. Некоторые республики бывшего Советского Союза ушли сразу и, наверное, навсегда – вся Прибалтика (Литва, Латвия и Эстония), с ними же вместе Грузия, другие остались, потому что «привыкли» быть вместе. Так или иначе, Содружество стало работать. Появился Совет глав государств, который собирался постоянно для обсуждения вопросов, возникающих каждый день в огромном количестве. Надо было решать вопросы и экономики, и международной, и внутренней политики.

Это заставило немедленно приступить к созданию нового законодательства — законодательства суверенных государств, которые уже не управлялись КПСС. Я уже как-то говорил, что в тот период в России по сравнению, например, с Соединенными Штатами только в экономике законодательных актов было в 12,5 раза меньше. Для того чтобы разворачивать рыночную экономику, нужно было нормировать все эти процессы. Поэтому родилась идея создать Межпарламентскую Ассамблею, чтобы те, кто занимается законодательством в странах Содружества, могли собираться вместе и обмениваться опытом создания своего законодательства для того, чтобы оно было как можно ближе друг к другу. Межпарламентскую Ассамблею, по-моему, придумали еще тогда, когда главой российского парламента был Руслан Хасбулатов. И появилась идея, на мой взгляд, тогда это была очень хорошая идея — приступить к разработке так называемого модельного законодательства.

Модельное законодательство – не обязательный «шаблон», это просто ориентировочные нормы, своего рода мост между международным правом и внутренним правом. Стали заниматься, и очень хорошо пошло — модельные законы брали за основу все наши республики. Это сдружило, объединило делегации МПА. Межпарламентская Ассамблея стала развиваться, постепенно появлялись комиссии, рабочие группы. Все развивалось очень динамично. Жизнь показала— создание МПА было абсолютно правильным решением.

Сейчас модельное законодательство, думаю, уже не так актуально, потому что каждая страна в процессе своего развития в основном выработала собственное законодательство. Тогда же были такие мысли, что Союз распался, но он должен собраться заново. Скорее всего, со временем так и случится. Ведь в этой части земного шара единственным центром силы, вокруг которого можно собраться, является Российская Федерация.

Нередко обвиняют тех, кто тогда был «у руля», особенно Бориса Николаевича Ельцина, в развале Союза. Но невозможно развалить то, что само развалилось. Я часто в шутку говорю: не Ельцин развалил Союз, а Сергей Михалков, потому что гимн неправильный написал. Там у него написано: «Союз нерушимый республик свободных / Сплотила навеки Великая Русь». Слово «сплачивать» больше подходит для вязки бревен в плот, и сплачиваются эти бревна не сильно, а так, чтобы плот доплыл только от одного места до другого, где опять его на бревна разбирают. Вот он, этот плот СССР, шестьдесят девять лет проплыл по реке времени, и не стало этого плота, распался на бревна. Исчезла КПСС, некому было сплачивать дальше. Такова история. Если сегодня мы поговорим с теми, кто критикует и жалеет, — я и сам жалею, что не стало того государства, это геополитическая катастрофа, — и спросим все республики, и посмотрим на Таможенный союз, кто на самом деле снова сплачивается. Не так много.

Но время идет вперед, а в мире так устроено, что для развития государства надо иметь сильную экономику, надо торговать, бороться за рынки сбыта, а для этого надо объединяться. И законодательство, которое у каждого свое, все равно придется сближать.

Я верю в будущее, 25 лет — это не срок. Нет тенденции расхождения дальше, есть тенденция собирания.

Первые модельные законы были экономические, они тогда были просто необходимы. Потому что во всех республиках появилась частная собственность. Появилась собственность акционерная, акционеры даже были из других государств в России и из России в других государствах. Тогда это было самое главное – сделать так, чтобы в экономике играть по одним правилам, чтобы экономика стала более свободной. Надо было разрушить барьеры на пути товаров, на пути финансов, на пути трудовых ресурсов. И первые законодательные акты как раз были направлены на рынок, на экономику.

Сначала экономика, потом политика. По-другому не получается. Культурная составляющая оставалась всегда. С ней проще, потому что собственно культура нас во многом объединяла.

Говоря о Бишкекском протоколе, отмечу: он родился, когда конфликт между Арменией и Азербайджаном за шесть лет развился уже настолько, что невозможно было на это смотреть, погибали люди, стреляли с двух сторон...

Создали комиссию по урегулированию ситуации в Нагорном Карабахе при МПА СНГ. Председателем миротворческой комиссии единогласно избрали Медеткана Шеримкуловича Шеримкулова, главу Верховного Совета Кыргызстана, которого мы между собой называли вождем, как самого мудрого и опытного из нас. Он посетил зону конфликта и, вернувшись, сказал, что для разрешения ситуации необходимо собрать представителей парламентов конфликтующих сторон. Приехал с ним и Владимир Николаевич Казимиров, очень талантливый дипломат, работавший послом, официальным представителем Президента Российской Федерации. Он был в составе миротворческой группы в Нагорном Карабахе, и он тоже признал, что надо повлиять на ситуацию со стороны парламентов. По нашей просьбе Шеримкулов договорился с Президентом Кыргызстана Акаевым, нас пригласили, и мы прибыли в Бишкек.

Со стороны Азербайджана приехал Афияддин Джалилов, он был заместителем Председателя Верховного Совета; со стороны Армении – лично Председатель Верховного Совета Бабкен Араркцян; со стороны МПА – я как Председатель Совета МПА, Шеримкулов как глава комиссии, Казимиров и Михаил Иосифович Кротов, который был тогда руководителем Секретариата Совета МПА СНГ. Сели, начали разговаривать. Не получается. Тогда я предложил: давайте пригласим Председателя Верховного Совета самого Нагорного Карабаха. Но это вызвало возражения азербайджанской стороны. И с армянской стороны тоже не очень приветствовали это предложение. Я говорю: «Ну как без него? Ведь конфликт не может происходить без прямого участия местной власти. А он один из представителей власти, причем очень популярный». Созвонились, прилетел Карен Бабурян. И сразу дело сдвинулось с мертвой точки.

Протокол короткий, всего семь пунктов, но работали мы над ним сутки напролет, без сна, потому что нельзя было процесс останавливать. В конце концов «родился» этот текст, и самый главный пункт был написан так: «призвали все противоборствующие стороны внять голосу разума: прекратить огонь в полночь с 8 на 9 мая».

Стороны вняли голосу разума, огонь прекратили. Это была победа для Межпарламентской Ассамблеи, огромное дело. Потому что перестали людей убивать, потому что в нашем Содружестве прекратился конфликт, который зрел давно, он был заложен еще при рождении Советского Союза.

В 1995 г., на следующий же год, я был с визитами в Грузии, в Азербайджане и в Армении. И везде, даже в Грузии, но особенно важно, что в Армении и в Азербайджане отметили роль этого протокола.

Между прочим, сначала идею вмешательства парламентариев встретили в штыки. Миротворческая группа, которая там была со стороны исполнительной власти, действовала по-другому. Первой реакцией было: «Зачем все это нужно?» Когда В. Н. Казимиров как руководитель миротворческой группы приехал в Бишкек, у него сначала тоже было скептическое настроение. Вместе с ним мы стали работать над каждым пунктом этого документа, выверяли его так, чтобы никого не обидеть, чтобы все было взвешенно. А парламентарии, кстати говоря, привыкли к взвешенной работе над документами. И когда он увидел, что над этим протоколом работают депутаты, которым оказали доверие их избиратели, он тоже проникся — помог нам составить этот документ, принять и подписать его.

Глядя на то, как работают миротворческие группы ООН, ОБСЕ и им подобные, я бы не стал ставить с ними в один ряд миротворческие усилия МПА. Потому что при помощи этих «миротворцев» нередко другие задачи решают. Эти «миротворцы» поработали в Югославии, так поработали, что развалили государство. Погибли тысячи мирных жителей.

МПА – уникальное образование, оно возникло добровольно из-за необходимости создавать новое законодательство. Нас объединяло желание сохранить общую культуру, не потерять тягу народов друг к другу. Если возникнут конфликты — создастся новая группа, появится уже не Шеримкулов, а какой-нибудь другой человек возглавит группу, поедут и решат, как мы это делали. Мы не стали оставлять в качестве постоянной миротворческую группу, вопрос решили и разошлись. Искусственно ничего не надо создавать.

 А вот дружить надо постоянно. Тогда же, в 1995 г., мы собрали в Таврическом дворце всех Героев Советского Союза и всех кавалеров ордена Славы трех степеней. Вот где была дружба! Приехали из всех государств СНГ. Я человек не сентиментальный, но настолько было приятно видеть: дворец заполнился ветеранами, все с золотыми звездами, с орденами. Многие сами впервые друг друга увидели, обнимаются, собираются группы, обмениваются впечатлениями. Увидели двух человек, которые получили звание Героя за один и тот же бой и считали друг друга погибшими, и вот они встретились, обнялись, расцеловались, заплакали. И у тех, кто наблюдал за их встречей, тоже навернулись слезы на глаза. Мы накрыли ветеранам столы, организовали концерт. Как они были благодарны!

Вот что объединяет — объединяет хорошее. День Победы, когда все вместе, весь Советский Союз, победивший фашистскую Германию. Победа нас объединяла навсегда.

Та встреча ветеранов была приурочена к 23 февраля, ко Дню Советской Армии и Военно-Морского Флота, как он тогда назывался, но посвящена была Дню Победы, потому что в мае они бы не приехали. В День Победы, 9 мая, все ветераны, говоря казенным языком, задействованы в праздничных мероприятиях в своих республиках. И мы решили собрать их тогда, когда они смогут приехать. Я считаю, что это было одно из лучших мероприятий тех лет в Таврическом дворце. Вообще в Таврическом дворце много всего проходило.

Вот помню, Михаил Иосифович Кротов пришел и говорит: «Владимир Филиппович, что у нас дворец пустует?» Я спрашиваю: «Что ты имеешь в виду?» Он уточняет: «Смотрите, то соберутся, соберутся, потом мы кого-то примем, а потом никого нет. Такой зал огромный. Может, что-то постоянно собирать?» Я говорю: «Ну и что ты предлагаешь?» – «Сейчас же самое главное – экономика, вон все в Давос едут, на этот форум. В Давосе решают вопросы мировой экономики. А у нас что, своей нет, эсэнгэшной?» Идея была воспринята. И, как обычно, инициатива наказуема. Я говорю: «Ну, тогда и готовь план, распиши, что ты предлагаешь». Посмотрели, покритиковали, вынесли на Совет МПА. И Совет решил: да, идея хорошая, почему бы нам не собираться здесь на экономический форум? Кроме нас, парламентариев, приедут наши ученые, экономисты, финансисты, приедут другие политики, обменяются мнениями, и нам проще и легче будет работать. Прошел первый форум, отлично прошел, затем второй, третий, и стал он очень популярным. Сейчас Межпарламентской Ассамблее можно гордиться, что она была у истоков этого теперь уже мирового экономического форума.

Эмблема МПА – тоже инициатива Кротова. Идея витала в воздухе, а Михаил Иосифович ее как бы поймал. Многие тогда говорили: вот мы документы готовим, и получается, что на документах, которые поступают в МПА из республик, стоят их гербы, а мы же другая организация, нам надо завести собственный документооборот, нужна своя эмблема — эмблема МПА.

И вот я подписал распоряжение о проведении конкурса среди питерских художников. Поступило много разных предложений. Была создана комиссия, сейчас я уже не помню, кто в нее входил. Понравилась эмблема, которая, как тогда говорили, олицетворяла равноправие: посредине круг, а рядом ростки, и где бы росток ни находился, он повторяет движение, т. е. все они абсолютно равноправные, нет первых, вторых и третьих – стремление к единению, стремление к миру, стремление к развитию. Всем понравилась эта лаконичная композиция.

Через какое-то время происходит заседание Совета глав государств СНГ под председательством Б. Н. Ельцина. На нем кроме глав государств присутствовали тогда я как Председатель Совета МПА, Козырев как председатель Совета министров иностранных дел СНГ и Грачев как председатель Совета министров обороны СНГ. И зашел разговор о том, что у СНГ нет эмблемы. Борис Николаевич произносит: «Надо подумать». А я говорю: «Чего думать? У нас в МПА есть эмблема. Вот она какая». И показал нашу эмблему. Она всем понравилась, и решили: «А чего думать? Вот она, устоялась уже, прекрасная эмблема». И приняли соответствующее постановление. Так подарили мы свою эмблему Содружеству. И это еще одна заслуга МПА.

Перво-наперво эмблема обозначает единение. Равноправие и единение, стремление к миру. Вот как художник на конкурсе докладывал: всегда и везде, у любого народа есть круг, который как бы символизирует единое целое. У киргизов на гербе — юрта круглая, у казахов – солнце, а у нас – земной шар круглый, и к этому кругу, к единому целому, стремятся ростки. Самое главное – надо было сделать так, чтобы они не различались, чтобы не было ни первых, ни вторых.

Двадцать пять лет — это только начало. Когда был Советский Союз, говорили о биполярном мире, что существуют два полюса, США и СССР, и что между ними надо найти баланс, который позволит развиваться всему миру. С развалом Советского Союза мир превратился в униполярный, с одним полюсом – Соединенными Штатами. Но невозможен мир с одним полюсом, обязательно нужен противовес. Если не будет двух полюсов, то развитие остановится.

На наших глазах вновь рождается второй полюс – Российская Федерация. И вокруг этого центра, в этой части земного шара существует и развивается СНГ. Постепенно все окажутся еще более тесно и экономически, и политически связаны, а значит, МПА останется навсегда востребованной.

Закон – это устоявшиеся нормы и правила поведения, положенные на бумагу. А кто в конечном итоге определяет, устоялись они или не устоялись, кроме парламентов? Поэтому никогда в современном мире парламентская деятельность не прекратится. Поэтому и у Межпарламентской Ассамблеи большое будущее, никуда она не денется, а только будет развиваться. Развития ей и надо пожелать — не останавливаться на месте, искать новые формы совместной работы. Вместе лучше, чем порознь.

Последние новости